Минск, Багратиона, 30. Мы в самоизоляции. Проповеди на сайте и в Youtube

Апостолы в замешательстве?

Для чего нужен был Иерусалимский собор

Деяния 15:1-35

На протяжении многих веков церковь сталкивается с проблемой коллегиального разрешения богословских вопросов. Казалось бы, в этом нет ничего плохого: возникла, скажем, проблема в понимании того или иного места из Священного Писания — собрались, обсудили и вынесли решение. Все было бы замечательно, если бы эти решения не противоречили Библии. Так, например, в 451 году Халкедонский собор принял относительно девы Марии термин «богоматерь» (theotokos), а Никейский собор (787 г.) узаконил иконы. Дальше — больше. Нынешние «соборы» признают рукоположение женщин на пресвитерство, допускают браки между гомосексуалистами и лесбиянками, а в подтверждение правомочности своих «соборов» приводят пример из пятнадцатой главы Деяний святых Апостолов. Они говорят примерно следующее: «Апостолы столкнулись с проблемой, как соотнести благодать с законом Моисея. Собравшись в Иерусалиме, они рассудили и приняли решение. Почему бы и нам не принять решения?»

Действительно ли апостолы Павел и Варнава не знали или не понимали учения о благодати и поэтому пошли за советом в Иерусалим? Или же причиной посещения Павлом и Варнавой Иерусалима было что-то иное? Если Иерусалимский собор действительно выработал учение о благодати, то и мы вправе принимать коллегиальные решения, даже если они будут противоречить учению Библии. Ведь так поступали апостолы. Но это глубочайшее заблуждение. Ни Павел, ни Варнава, ни Петр не сомневались, что спастись можно только верой, данной нам от Бога по благодати. В этом не может быть никакого сомнения. Шел 49 год, Церковь на земле существовала уже 20 лет, и заметьте, Церковь живая, а не мертвая. На протяжении 20 лет проповедовалась благодать, и Слово Божие распространялось по всей земле. Что же тогда представлял собой Иерусалимский собор? И вообще был ли это собор в нашем понимании этого слова?

Итак, антиохийская церковь встретила возвратившихся из своего первого миссионерского путешествия апостола Павла и Варнаву пренеприятнейшей новостью: в церковь проникли лжебратья (Гал. 2:4) с учением, прямо противоположным учению о благодати. Евангелист Лука в Деяниях святых Апостолов пишет: «Некоторые, пришедшие из Иудеи, учили братьев: если не обрежетесь по обряду Моисееву, не можете спастись» (15:1). Двадцать четвертый стих данной главы показывает, что среди пришедших из Иудеи были и жители Иерусалима, и, скорее всего, они составляли большинство лжебратьев. В миссионерском путешествии апостол Павел и Варнава столкнулись со множеством проблем, направленных на разрушение церкви. Враг пытался действовать извне, но не имел успеха. Тогда он предпринял попытку атаковать ее изнутри, послав в церкви иерусалимских лжебратьев. Самое страшное в их учении было то, что, не отвергая Евангелия как такового, они противостояли ему, дополняя его от себя. В данном случае мы имеем в виду исполнение закона. «Да, — говорили они тогда и говорят по сей день, — Христос умер за ваши грехи, но, чтобы получить блаженство, надо: совершить обряд обрезания, хранить субботу, не смотреть передач по телевизору, ходить на исповедь, поститься, покрывать голову». Закон вошел в церковь и заслонил собой благодать, а с нею и Иисуса Христа. Да, Слово Божье регулирует жизнь церкви, оно учит, что нам можно делать, а что нельзя. Но запреты и рекомендации, обязательные к выполнению, принявшие форму закона, а не исходящее из сердца желание святости убивают благодать. Царство закона — смерть для церкви. Апостол Павел в недоумении: «Удивляюсь, что вы от призвавшего вас благодатию Христовою так скоро переходите к иному благовествованию…» (Гал. 1:6).

Апостол Павел был поставлен Господом для защиты церкви. Представьте себе его состояние, когда он обнаружил, что иерусалимскую церковь поразила болезнь законничества. Иначе откуда тогда взялись иерусалимские посланники с их лжеучением? Но ни у апостола Павла, ни у Варнавы руки не опустились. Они отстаивали истину, несмотря на то, что за спинами лжеучителей стояли, как им тогда казалось, иерусалимские апостолы и вся тамошняя церковь. Ведь пришедшие лжебратья, нагло ворвавшись в антиохийскую церковь, предложили «Павлу и Варнаве и некоторым другим из них отправиться по сему делу к Апостолам и пресвитерам в Иерусалим» (Деян. 15:2). Не верите нам, пойдите в Иерусалим и спросите. На что рассчитывали они? Может быть, на то, что антиохийцы не пойдут? Или они сами настолько верили в свое лжеучение, что оно казалось им апостольским? Как бы то ни было, но апостол Павел, Варнава и некоторые из братьев, «быв провожены церковью», отправились в Иерусалим.

Зададим себе вопрос: «Почему они пошли в Иерусалим?» От того, как мы отвечаем на этот вопрос, зависит очень многое, а именно: кому принадлежит власть в руководстве Церковью, людям или Богу? Римский католицизм и русское православие на протяжении веков учат, что апостол Павел и Варнава отправились в Иерусалим, чтобы разрешить богословскую проблему и выработать учение. Проблема, по их мнению, заключалась в том, что апостолам было необходимо решить, как спасается человек: евангелием или же евангелием и законом. Именно на этом соборе было выработано учение. Так ли это на самом деле? И вообще, насколько правомерно такое предположение? Ведь Павел был апостолом, который получил откровение непосредственно от Бога. Книги Нового Завета показывают нам апостола как несомневающегося служителя Божьего. Он учит как власть имеющий. Можно ли предположить, что, придя в Антиохию, апостол столкнулся с богословской проблемой, разрешения которой он не знал? Сказать «да», значит усомниться в его апостольстве и богодухновенности его посланий. Как незнающий и не имеющий откровения может учить истине? Но это, к счастью, не так.

Придя в Иерусалим, апостол Павел прежде всего свидетельствовал перед апостолами о том, что «Бог сотворил с ними, и как отверз дверь веры язычникам» (Деян. 15:4). А свидетельствовал он, без сомнения, как власть имеющий. Но раз Павел имел власть и откровение, то зачем он все же пришел в Иерусалим? Ответ удивительно прост: он пришел сообщить, что члены иерусалимской церкви ходят по церквам и учат ереси. Кроме этого, важно было выяснить, имела ли отношение к «миссионерской» деятельности лжеучителей сама иерусалимская церковь. Если нет, то ей необходимо было принять меры к своим членам. Дисциплина членов церкви — дело поместной церкви. Вторая причина заключалось в том, что сама иерусалимская церковь могла отойти от истины. С такими мыслями апостол Павел и Варнава и пришли в Иерусалим.

Итак, мы видим две независимые друг от друга церкви, которые поклоняются Христу и служат только Ему. Иерусалим не руководил церквами, не рассылал директивы, что и как делать. Прочитайте внимательно «соборные» послания, в них нет указаний, они состоят из молитвы, увещевания, духовного апостольского назидания в учении.

Но вернемся к проблеме статьи. Между двумя церквами возникло непонимание, и антиохийцы пришли в Иерусалим, чтобы урегулировать отношения между церквами. Можно лишь предполагать, в каком шоке были иерусалимские апостолы и пресвитеры, когда узнали, что из их церкви без их ведома распространяется лжеучение. А то, что им было об этом не известно, мы узнаем из стиха 24 пятнадцатой главы Деяний святых Апостолов. «Апостолы и пресвитеры собрались для рассмотрения сего дела» (Деян. 15:6). Какое дело рассматривали апостолы? Возможны лишь две версии. Первая, что апостолы не знали доподлинно, как должно спасаться, иудейским путем или путем благодати. Вторая, что апостолы узнали, какой вред был нанесен церквам, благодаря лжемиссионерам из иерусалимской церкви. Они лжемиссионеры потому, что церковь их не посылала. Первая версия не может быть истинной, потому как апостолы, без всякого сомнения, знали, что спасаются по благодати, верою во Христа и только ею. Иначе они не были бы апостолами. Перед ними стояла задача разрешить проблему распространения лжеучения.

Представьте себе, что к вам в церковь приехали братья из другой церкви и сообщают, что без вашего ведома некоторые члены вашей церкви учат у них ереси. Вы возмутитесь и будете рассуждать, как такое могло случиться и что делать дальше. Примерно то же происходило и в Иерусалиме. «По долгом рассуждении Петр, встав, сказал им…» (15:7). Он не сомневается в учении о спасении по благодати: «…мужи братия! вы знаете, что Бог от дней первых избрал из нас меня, чтобы из уст моих язычники услышали слово Евангелия и уверовали; и Сердцеведец Бог дал им свидетельство, даровав им Духа Святого, как и нам; и не положил никакого различия между нами и ими, вероюочистив сердца их». Из уст Петра на протяжении почти двадцати лет люди слышали Евангелие, т.е. благую весть, а благая весть — это благодать. Апостол говорит, что Бог «верою» очистил сердца язычников, а не верою и делами закона. Обратите внимание на возмущение Петра, когда он обращается к дискуссирующим на собрании: «Что же вы ныне искушаете Бога..?» У него, как и других апостолов, нет и не может быть никакого сомнения по поводу «обрезания». Другими словами, апостол Петр спрашивает: «Вы не верите, что Бог спас язычников, как и нас, верою?» «Тогда умолкло все собрание…» (15:12).

Но до того, как «умолкло все собрание», встали «некоторые из фарисейской ереси уверовавшие и говорили, что должно обрезывать…» (стих 5). Раньше они вносили смуту шепотом, за спинами апостолов, разрушая создаваемое, прикрываясь «радением» о церкви. Как знакомо нам это сатанинское шептание в церквах: «Это не так, и это не этак…». И только обличенные в своей разрушительной деятельности, они возвышают свой голос. И «Апостолы и пресвитеры собрались для рассмотрения сего дела» (стих 6). Какого дела, спросим мы? Они не собрались для рассмотрения дела о спасении язычников путем обрезания или необрезания. В этом не было нужды, потому что они были апостолами и многие годы учили благодати. Они собрались для рассмотрения дела о тех, кто в их церкви верил в обрезание и учил этому в среде язычников. «По долгом рассуждении Петр, встав, сказал им: мужи братия…» (стих 7). Сначала мы видим собравшихся апостолов и пресвитеров, которые рассуждают о случившемся. Все согласятся с тем, что апостольское рассуждение было вне общего собрания церкви. Здесь нет ни слова о церковном диспуте, когда многие, перебивая друг друга, высказывают свое мнение. Страсти накаляются, и ситуация выходит из-под контроля. Нет, апостолы и пресвитеры решили по «долгом рассуждении», и «Петр, встав, сказал…». С его слов начинается общецерковное собрание, на котором Петр знакомит церковь с учением апостолов. Итог этого собрания: сомневаться в благодати Божьей и в том, что спасение через веру, — значит искушать Бога. «Тогда умолкло все собрание…» (15:12).

После Петра слово держал апостол Иаков, он сказал: «Посему я полагаю не затруднять обращающихся к Богу из язычников…» (стих 19). Кому адресовано это высказывание? Без сомнения, членам иерусалимской церкви, а не антиохийцам, которые пребывали в здравом учении и учили о спасении по вере, в то время как из иерусалимской церкви (в обход апостолов) вышло лжеучение. Но обратите внимание на то, что апостолы разделяют вину церкви, и в их словах мы скорее видим извинение, чем диктат. Далее мы читаем: «…А написать им, чтобы они воздерживались от оскверненного идолами, от блуда, удавленины и крови, и чтобы не делали другим того, чего не хотят себе…» (стих 20). Если иерусалимские апостолы приносят свои извинения антиохийской церкви, то возникает естественный вопрос: не заменили ли апостолы закон Моисея новым апостольским законом? И если заменили, то как тогда соотнести учение о благодати с новым законом? Как спасаются язычники? Неужели благодатью и новым законом? Но этого не может быть потому, что противоречит учению Библии. Частично ответ на этот вопрос находим в 21 стихе: «…Ибо закон Моисеев от древних родов по всем городам имеет проповедующих его и читается в синагогах каждую субботу». Здесь скорее не ответ, а ключ к пониманию. Дело в том, что иудеи в то время жили во всех частях Римской империи. В каждом городе была еврейская диаспора, и в каждом городе была синагога. Христианские церкви из язычников первоначально образовывались вокруг синагог. Когда апостолы приходили в какой-либо город, то проповедовали они в синагоге. Там люди верили в Единого Бога и закон Моисея. Закон для них означал все. Апостолы советуют, а не приказывают, говоря, что если вас, язычников, избрал Господь для того, чтобы через вас Благая весть была возвещена иудеям, то последуйте нашему совету: не ешьте крови, воздержитесь от идоложертвенного и блуда, иначе ни один иудей не послушает вас, чтобы вы ему ни говорили. Можно привести пример: допустим, в вашу церковь пришел человек и стал учить о допустимости многоженства. Как вы его воспримете? Будете ли слушать его рассуждения на другие темы и позволите ли ему взойти на кафедру? Нет, ваша оскорбленная совесть не пожелает общения с таким «учителем». Так же и оскорбленная совесть еврея не позволит ему слушать о Боге, если уста свидетельствующего обагрены кровью идоложертвенного. Апостолы дают не новый закон, а совет, как не отвратить евреев.

Подводя итог сказанному, можно сказать, что вряд ли это был собор, на котором обсуждались вопросы богословия. Скорее всего, это было выяснение отношений между двумя поместными автономными церквами. Письмо апостолов не было директивой, но советом для христиан, обращенных из язычников. Что же касается слов апостола Павла, адресованных Титу: «Для того я оставил тебя в Крите, чтобы ты довершил недоконченное и поставил по всем городам пресвитеров, как я тебе приказывал…» (Тит. 1:5), — можно сказать, что, организуя новую церковь, апостолы ставили пресвитеров, но не указывали им, что и как делать, по простой причине: глава каждой поместной церкви есть Господь Иисус Христос, «Ему слава и держава во веки веков. Аминь» (1 Пет. 5:11).

 

Из архива журнала «В начале», 1999 год, №13.

Автор текста: Георгий Вязовский


Дата: 04 декабря 1999
Темы:


Редакция
Автор:
Всего материалов автора: 69

Обратите внимание:


Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Имя*  
Email*