Минск, Багратиона, 30. Мы в самоизоляции. Проповеди на сайте и в Youtube

Исав и Иаков

Иосиф Холл, епископ Норвичский (1574-1656)

“…Есть ли необходимость представлять вам Иосифа Холла? Что за ум! Какое видение Писания! Каков стиль изложения!”

Ч.Х. Сперджен

Из всех патриархов, пожалуй, самую тихую и спокойную жизнь провел Исаак. Кто из древних был лучшим сыном и мужем? Он отдал себя под отцовский нож (Быт. 22), он оплакивал смерть своей матери три года. Он не входил к наложницам, когда Господь на двадцать лет заключил чрево его жены Ревекки. Все эти годы Исаак возносил молитвы Господу, и Господь услышал их, и Ревекка зачала (Быт. 25:20,21, 26).

Зачастую Бог относится к нам лучше, чем мы того заслуживаем. Исаак молил о сыне — Господь дает ему двух сыновей. И вот уже Ревекка, проведшая в слезах о неродившихся детях многие годы, позабыла о проблемах, связанных с бесплодием, сейчас ее более беспокоит борьба младенцев во чреве. Мы не знаем, что служит нам ко благу. Иногда наши мечты и желания при их исполнении оборачиваются для нас полным или частичным разочарованием. До того, как Ревекка зачала, у нее не было проблем с детьми. До духовного возрождения в наших сердцах царят мир и покой, несмотря на то, что они в действительности таковыми не являются, но мы этого не понимаем. Там, где беспокойство, там и благодать. Был бы Исав во чреве один, он бы не стремился к главенству. Природу не обмануть. Ревекка никогда бы не понесла лишь одного Исава и не была бы счастлива без Иакова. Ей надлежало стать матерью обоих, чтобы в полноте испытать счастье и перенести все трудности. Соперничество началось слишком рано. Истинный христианин начинает свою борьбу с того самого момента, когда он начинает быть, т.е. с момента своего духовного рождения.

Эти двое положили начало борьбы двух племен. Борьбу же они начали во чреве матери. Ссора, борьба, первенство. У Исава было природное преимущество, а у Иакова была благодать. И для того, чтобы уравнять силы природы с благодатью Божией, Исав должен был родиться первым. Но Иаков держался за пятку брата, так что его рука появилась на свет раньше ноги Исава. Исав все же был на несколько мгновений старше, так что его младший брат больше подходил под обетования Божии, он купил то, что не смог отнять в борьбе. Если бы Иаков родился первым, он никогда бы не понял благодати Божией, все принадлежало бы ему и без милости Господа.

“И сварил Иаков кушанье; а Исав пришел с поля усталый. И сказал Исав Иакову: дай мне поесть красного, красного этого; ибо я устал. От сего дано ему прозвание: Едом. Но Иаков сказал: продай мне теперь же свое первородство. Исав сказал: вот, я умираю; что мне в этом первородстве? Иаков сказал: поклянись мне теперь же. Он поклялся ему, и продал первородство свое Иакову. И дал Иаков Исаву хлеба и кушанья из чечевицы; и он ел, и пил, и встал и пошел; и пренебрег Исав первородство” (Быт. 25:29-34). Чечевичная похлебка Иакова. Ни за одно блюдо на свете, не считая эдемского плода, не было заплачено такой высокой цены, как за эту похлебку. Вкусившие блюдо и в том, и в другом случае потеряли ВСЕ! Истинное дитя Божие постоянно должно сопоставлять благоухание земной пищи с небесной, и если благоухание земной пищи привлекает более, нежели небесной, то существует реальная опасность оказаться в положении Исава.

Но что потерял бы беззаботный Исав, если бы, продав первородство, он получил благословение отца? И что смог бы получить Иаков, если бы дичь Исава смогла компенсировать чечевичную похлебку? Старый Исаак потерял зрение не только в буквальном смысле, он ослеп и духовно, он хотел благословить Исава вопреки Божиему обетованию: “… и больший будет служить меньшему” (Быт. 25:23).

Для Авраама было менее сложно принять обетование Божие о приносимом в жертву Исааке, чем для Исаака признать превосходство Иакова. Ничего не зависело от старого Исаака, Бог все решил. Очень часто мы видим, как истинные дети Божии увлекаются земными вещами, забывая Божии постановления. Не был ли сам Исаак младше Исмаила? Сейчас же Исаак знает лишь одно: “Он мой первородный”.

Но как благ Господь! Видя, что до совершения греха остался лишь один шаг, Он не допускает его. Он делает так, как угодно Его святой воле.

Тот самый Господь, Который предопределил благодатью превосходство младшего, сделал так, что младший получил и благословения отца. Скорее мать поднимет руку на своего единственного сына, чем Господь отречется от Своих обетований. Чем Иаков был лучше Исава? Ничем! Но Бог определил сердцу матери возлюбить именно Иакова больше, чем Исава, и тем самым уберечь Исаака от ошибки. Ревекка, полная любви к своему сыну, пошла на подлог. Господь допускает исполнение истины и Божия провидения неправедными путями, но ни в коем случае не оправдывает их и не оскверняет этим Своей святости.

Открытые сердцем — легкая добыча для хитрости. Та, которая должна была оберегать старость мужа, утешать в делах, заботиться о его столе, маскирует кушанье и сына, покрывая его руки и шею кожею козлят, учит словам, которые должны ввести в заблуждение отца, вводит в его покои. А сама, скорее всего, стоит в дверях и жадно ловит каждое слово, готовая прийти на помощь и взять на себя проклятие Исаака, если вдруг обман обнаружится.

Почему Ревекка не может воспользоваться голосом Исава, как она воспользовалась его одеждой? Голос может разрушить все ее помыслы. Но как легко обмануть доброго человека! Будучи бесхитростным, человек думает, что и все его окружение такое же. И вот уже ложь льется из уст Иакова. Как прекрасно благословение Иакова и как ужасна ложь, приведшая к нему!

Добрый Исаак ощупывает Иакова, он не доверяет своим ушам. Святая простота патриарха не позволяет ему даже помыслить, что можно одеть чужую одежду, а гладкую кожу спрятать под козьи шкуры. И Исаак верит и благословляет младшего сына в одеждах старшего. Если наш Отец Небесный обнаружит чужую одежду на наших плечах, лишит ли Он нас Своего благословения?

Не успел радостный Иаков отойти от отца, как входит Исав, исполненный надежды на отцовское благословение. Но каяться поздно! Никакое покаяние за продажу первородства не может изменить дело. Дичь, пойманная и приготовленная для отца, не стоит того, что было продано за чечевичную похлебку. Надежды грешника рушатся в тот момент, когда он менее всего ожидает этого, а дети Божии неожиданно получают.

Усталый, вспотевший от усердия Исав входит к отцу, но ничего не находит там. Гордый человек предстает пред Богом, исполненный своей собственной праведности. Вот-вот он должен получить все, но вместо этого звучит вопрос: “Кто ты?” Отец и сын в недоумении смотрят друг на друга, один с ужасом, другой с сожалением. Исаак “вострепетал весьма великим трепетом”, а Исав возопил громким голосом. Исаак понял, что он совершил то, чего не хотел делать, но что надлежало сделать по воле Божией. Господь, оставаясь праведным, указал на грехи человека. Кому теперь угодно смотреть на слезы Исава, слезы, катящиеся из глаз продажного человека?

Хорошие слова произнес Исав: “Благослови и меня, отец мой”. Жалкий человек не хочет оставаться таковым. Но одного желания, увы, недостаточно. В противном случае не было бы несчастных людей. Почему же Исав не умолял брата накормить его и не лил слез тогда, когда они могли помочь? Если бы тогда не продал, сейчас не надо было бы умолять. Господь поступает справедливо если не дает нам того, что мы отвергли в свое время. И слезы Исава не вызывают сочувствия у Исаака. Лишь об одном он может сожалеть: то, что он сделал по хитрости Ревекки и Иакова, Исаак должен был сделать по своей воле.

Ничто не может заставить доброе сердце сожалеть о праведном поступке. Как радостно познать благодать и не отвергнуть ее! Но как страшно познать и не принять! Запоздалые слезы — неискренние слезы. Это слезы ярости и бессильного гнева, слезы отчаяния и жалости к себе. Мирские печали — причина смерти. Исав выплакивает у отца благословение: “… неужели, отец мой, одно у тебя благословение?” (Быт. 27:38). Его осеняет: “… не потому ли дано ему имя: Иаков, что он запнул меня уже два раза?” (ст. 36). У Исава виноваты все, кроме него самого.

Те, кто помышляет не о том, как угодить Богу, а о собственном благополучии, считают, что Бог существует для них, что Господь связал Себя обетованиям, а они вольны делать, что хотят.

Но как велик Господь, как велика Его милость даже к тем, кто не любит Его! И для них у Него есть второе благословение! Первое Свое благословение Господь дал Израилю. Но те, к кому Господь добр, могут продать свое первородство. Исав уподобился Каину, он хочет убить Иакова, он с нетерпением ожидает смерти отца: “… приближаются дни плача по отце моем; и я убью Иакова, брата моего” (Быт. 27:41). Но злое сердце не может соделать то, о чем помышляло. Тот борец, Который боролся с Иаковом, сейчас борется с Исавом и превращает раны в братский поцелуй. Сонм людей пошел с Исавом, а Иакова встретили ангелы. Исав угрожал, а Иаков молился, и молитвы последнего растопили сердце первого. Иаков увидел лицо Исава, как бы кто увидел лице Божие (Быт. 33:10). Ни люди, ни дьявол не смогли противостоять воле Божией. Тот, кто в борьбе твердо стоит на стороне Бога, обязательно победит. Озлобленное сердце может быть покорено любовью. Если путь человека угоден Богу, то все враги примирятся с ним.

 

Из архива журнала «В начале», 1997 год, №9.

Автор текста: Чарльз Сперджен


Дата: 27 ноября 1997
Темы:


Редакция
Автор:
Всего материалов автора: 69

Обратите внимание:


Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Имя*  
Email*